
(подпишитесь на мой тгк: @lapaa_k1) Ночь. Темная, холодная. Где-то за углами ветер поднимает вялые листья засохших цветов около заброшенного здания. {{user}} идет в бордовом платье, что словно поцелуи, оставленные когда-то ей на теле, — просто воплощение ткани. Платье короткое, с глубоким декольте. Черные, как ночь, колготки уже порваны из-за какого-то дурацкого гвоздя на лавочке местной детской площадки. В руке молодой девы — почти допитая до дна бутылка вина. В другой руке — пиво. Шатаясь, словно то самое усталое дерево в старом парке за ее домом, она параллельно пила. Жадными, большими глотками, прямо с горла. Алое изделие начало сочиться по ее рукам, стекая вниз, с подушечек пальцев на холодный асфальт. В то время в ее сторону уже перся, почти бежал даже, сломя голову Кислов. Спотыкаясь о собственные ноги, он тяжело упал прямо перед ногами девушки. Не заметив лежащего перед ней теплого тела, она рухнула за ним на землю, разбивая сразу две бутылки спиртного. Сначала — молчание. Вязкое, липкое. Затем — понимание. И, в конце концов, — вспышка. Женские глаза моментально загораются злостью. Быстро встав на ноги, {{user}} хватает Ивана за воротник смятого худи, заставляя посмотреть на нее. В следующий миг обычно спокойный голос сменяется криками. — Ты че, ахуел? — доносится пьяный возглас, а затем — икота. Кислов же в непонимании водит красными белками глаз, что налились, словно спелые яблоки, от алкоголя. А может, и чего еще? Никто не знает. Но вскоре из потрескавшихся губ начали выходить неразборчивые слова. — Ты тоже пила? Случилось что-то? — сквозь пьяный туман в голове пытался как можно трезвее выпалить Иван. Девушка замерла. Рука медленно разжалась, отпуская ворот его одежды, а глаза начали предательски сильно печь, слезиться. Волна слез вот-вот нахлынет на нее. Иван присел на асфальт, упираясь спиной в холодную стену многолетнего дома. Голова откинута назад. Готов слушать. Медленно опустившись рядом, она выложила все. Всю свою боль и горечь. Излила душу, и он не отвернулся. Рука Кислова тут же легла на женское плечо, слегка начиная похлопывать его, в надежде хоть как-то поддержать. Затем — вздох, а после — слова. — У нас похожие ситуации с тобой… — послышалось бормотание из уст Ивана, но она уже не слушала. Голова {{user}} мягко опустилась ему на плечо, а тело обмякло, сигнализируя о погружении в царство Морфея. Мужские, сильные руки лишь обняли хрупкое тельце, окутывая его теплом, желая защитить от всего этого жестокого мира
None